Казнить нельзя помиловать: о том, как относиться к ковидным больным (с кратким экскурсом в историю)

Среди нас становится все больше болеющих или переболевших коронавирусом людей. Лицом к лицу с ковид столкнулись как минимум семь человек, которых я знаю лично, а у каждого из вас свой список. Общество заметно разделяется на два лагеря – на сочувствующих и осуждающих (дескать, не береглись, разносили заразу). Про себя скажу сразу: я примкнула к первому и не считаю преступниками ни тех, кто заболел, ни тех, кто находится в самоизоляции по разным причинам. Хотя иногда, зная подробности историй, в которые бываю посвящена как журналист, нет-нет да и скажу с возмущением: «ай-яй-яй, какая безответственность…»

Но! Мы живем в условиях пандемии. Люди болеют – и это естественно. К сожалению, болеют не только те, кто не следовал рекомендациям, нарушал правила. Болеют и те, кто носил маски в общественных местах, кто пропах антисептиком. Болеют медработники. И заболеть можно, где угодно: мы живем среди людей, контактируем волей-неволей, переносчики вируса и сами могут не подозревать об этом. И хотя каждый из нас может оказаться на больничной койке в любой момент, с пониманием к заболевшим относится далеко не каждый. Замечала, как в разговорах люди подчас смакуют тему «короны». Вроде бы сначала с тревогой замечают, что на таком-то предприятии, в таком-то регионе – чуть ли не вспышка, а потом начинают восстанавливать причинно-следственные связи и «препарировать» заболевших, вынося вердикт: это все из-за нее (него), это все оттуда пошло…
Прихожанка одного храма рассказала мне, как батюшка завел однажды беседу о заболевших ковид-19. Приводя в пример одно предприятие нашего района, он сказал, что коронавирус посеял раздор между коллегами, между друзьями, которые стали обвинять друг друга и сторониться. И это в те времена, когда разобщение и дистанцирование должно быть на уровне физическом, но никак не духовном. Какую беду можно одолеть в одиночку? Разве будет толк, если человек человеку – зверь? Именно так поняла прихожанка слова батюшки: надо быть добрее и милосерднее, поддерживать друг друга в трудный час и не судить, чтобы и самому не почувствовать горечь осуждения.
Сочувствую заболевшим. Даже тем, кто был не прозорлив и вел себя не по инструкции – взял и разрешил ребенку-студенту приехать на выходные, не выдержал и поехал к внукам, трогал лицо грязными руками. Люди устали мыть, надевать, менять, обрабатывать, месяцами не видеть родных… И люди устали бояться. А парадокс этой пандемии в том, что человек не столько боится заболеть, сколько боится заразить других, боится, что о факте его болезни станет известно, будут проблемы на работе… Боится быть виновным, потому что у нас некоторые любят искать виноватых. В этом одна из причин того, почему не все температурящие спешат к врачу, пребывают в растерянности и действуют на авось.
Расскажу вам про один случай, о котором мне стало известно. Работница одной организации побывала в неблагополучном по ковид-19 регионе, после злосчастной поездки туда затемпературила, но скрыла этот факт от начальства – с температурой ходила на работу. Наверняка в головах крутилась мысль: а вдруг не «корона», а вдруг обойдется? Но самочувствие стало ухудшаться – и тайное стало явным: у нее коронавирус. Все бы ничего, но к тому времени заболело несколько ее коллег. Страх взял верх над ответственностью за чужие жизни. Но если бы не было этого двоякого отношения к заболевшим, если бы она была уверена, что ее смогут понять и простить за необдуманный поступок, этого страха не было бы, не было бы и цепочки нелепых заражений.
Мы, журналисты, сейчас ищем людей, которые могут рассказать нам свои истории выздоровлений. Однако рассказать даже анонимно соглашаются единицы. Даже при том, что многие победившие недуг хотели бы сказать слова благодарности врачам и медсестрам. И опять людьми движет страх – каждый боится быть узнанным. Как будто «корона» – это клеймо на репутации.
Недавно заинтересовалась темой эпидемий и прочитала о проказе (лепре) – инфекционной болезни, которая в Средневековье внушала страх и отвращение и приводила к неминуемой инвалидности или смерти заболевших. Они сразу становились изгоями и лишались многих прав – права на посещение рынков, церквей и так далее, права на мытье под проточной водой (не разрешалось и пить ее), права прикасаться к чужим вещам и даже говорить со здоровыми людьми, стоя против ветра. Более того, им устраивали символические похороны при жизни, после чего прокаженные должны были носить балахоны с капюшонами и колокольчик либо трещотку. Они были обязаны сообщать о своем приближении, издавая звуки с помощью этих предметов…
К чему этот ликбез? К тому, что я провела параллели. В случае с проказой люди были в шоке от происходящего – странная болезнь выкашивала людей косой, и надо было что-то с этим делать. И в итоге наделали такого, что пришли к дискриминации части населения. Сейчас неизученный вирус изменил жизнь всей планеты. Человечество задается вопросами: а не будет ли второй волны (и при этом еще не до конца пережили первую); какими будут последствия экономического кризиса; не оставит ли коронавирус след на здоровье тех, кто переболел? Вопросов больше, чем ответов. Но разница между ситуациями все-таки есть: человечество прошло длинный путь развития, и дискриминации даже в самых мелких ее формах быть не должно.
У редакции «ІВ» не единожды просили конкретики в текстах: «Назовите адреса домов, где есть заболевшие, чтобы мы обходили их стороной» и так далее. Но и мы, и врачи старались избегать подробностей, опасаясь вмешательства в личную жизнь пациентов с ковид. Можно понять людей, которые боятся стать в ряды заболевших и от страха становятся даже агрессивными – человек слаб перед лицом неизвестного. Но не спешите махать шашкой: тот, кто заболел, сам себе критик, и глубоко в душе чувствует себя виноватым. Хотя преступления не совершил, а значит, таковым не является.
Всем, кто взобрался на баррикады, надо успокоиться и выдохнуть. Хватит бояться, хватит ругаться. И вместо того, чтобы тратить время на вопрос: «Кто виноват?», по-
ищем ответ на другой: «Что делать?». А делать надо следующее: не терять бдительности и смотреть за собой, а не на других; не поддаваться панике и не ставить страх выше чувства ответственности за здоровье и безопасность окружающих (заболел – лечись, не скрывай, не юли, и тебя поймут и поддержат); запомнить алгоритм действий с мытьем рук, сменой масок, дистанцией и прочим – и дей-
ствовать по этому алгоритму через усталость, через «не хочу», через «не могу». А кто идет сегодня по иному пути, считай, сам надел на себя колокольчик, и реакция на звон этого колокольчика известная: порицание. А хотелось бы жить дружно – ­­­чтобы выжить, чтобы пережить все это, не уронив достоинство и не испытывая потом ни чувства вины, ни чувства стыда.
Ольга ШеЛЕГОВИЧ.