Воин-интернационалист Владимир Кузьменя поделился воспоминаниями о войне.
Афганистан. В названии страны эхом отзывается не один военный конфликт, прошедший через эти места. Для постсоветского пространства – это синоним последних потерь, которые нес могучий Советский союз, помогая братскому народу. Почти 30 тысяч белорусов вдали от привычных равнин и лесов выполняли свой воинский долг. Среди них – наши земляки.
Владимир Кузьменя попал в далекую страну в самый разгар конфликта. Воин-интернационалист во время нашей беседы просил: «не нужно меня делать каким-то супербойцом, мы все там просто служили».
Уроженец Гощево после окончания Ивацевичского СПТУ-59 (сейчас – аграрный колледж) работал в родной деревне в колхозе имени Ленина. Осенью 1983 года молодому специалисту пришла повестка из военкомата. У тракториста-водителя первоначально было направление на службу в морфлот, но окончательным вердиктом стали автомобильные войска.
С 11 ноября молодой срочник проходил курс молодого бойца в учебке под Острогожском. Полгода пролетели быстро, и Владимир Николаевич стал на должность водителя тягача МАЗ-537. За маркой машины прячется большой четырехосный тягач, который перевозил тяжелые грузы – от установок залпового огня до танков и другой крупной техники. Навыки, освоенные с отличием, пригодились солдату совсем скоро, но не на мирной советской земле…
– Про отбор в учебке нам не сообщали, – вспоминает мой собеседник. – На второй странице военного билета появилась только пометка карандашом «683». Это направление за границу в Афган. Дальше несколько дней пути, и мы оказались на войне.
Молодых парней не бросали сразу в самый огонь, нужно было привыкнуть к новым условиям, все-таки горные дороги имеют свою специфику и для передвижения, и для ведения боевых действий. Кроме того, бойцам нужно было элементарно акклиматизироваться.
Батальон тяжелых машин, в который попал служить Владимир Кузьменя, проходил боевое слаживание в Хайратоне, практически на границе с Союзом. «Адрес» подразделения – полевая почта 43103. После успешной «обкатки» начались уже боевые походы в колонне. Подразделение было наподобие военных дальнобойщиков. Рейсы от Хайратона проходили через Баграм, Кабул, Газни до Джелалабада – то есть через полстраны почти до пакистанской границы. Грузами для МАЗа молодого водителя стали боеприпасы, мины, артиллерийские снаряды, танки. Обратно с самых «горячих» мест вывозили разбитую технику. В колонне – 20 таких тягачей, плюс 10 КРАЗов и танки.
Вся эта техника жила единым организмом, который растягивался по узким горным дорогам на несколько сотен метров. В районе Кабула и Гардеза в сопровождение колонны отправляли и вертолеты – это были самые опасные участки.
В этих условиях движение означало жизнь. Маджахеды использовали простую тактику – подбивали первую и последнюю машины, дальше шел обстрел. Если колонна переставала двигаться, бойцы спешно покидали кабины с оружием и отражали нападение. В первую очередь выпрыгивали водители подбитых транспортов – чтобы дать возможность двигать остальным, их сталкивали с дороги танками. Поступала команда к движению, и все, обстреливая горы, быстрее проходили участок.
– Было непривычно ехать по салангам. Это дороги, которые поднимаются прямо в горы. На старте жара +50, а на финише – настоящая зима со снегом. Были нападения, обстрелы. Люди погибали от мин. Это все-таки война, – делится собеседник.
Каждый рейс занимал месяц, отрезок пути в 800 км проходили за 5-6 дней. За сутки нужно было пройти установленный участок и остановится на оборудованную площадку. Если рядом было подразделение – охрану обеспечивали они, если площадка была просто точкой на карте – посты выставляли сами. В колонне была своя полевая кухня, поэтому питанием обеспечивали сами себя. Защищаться приходилось не только от боевиков. Местные жители, особенно мальчишки, из соседнего аула, узнав, что прибыли «шурави», пытались стащить из лагеря все, что могли вплоть до личного оружия солдат.
Спустя месяц постоянной жизни в дороге наступал период условного отдыха. Пока готовили очередной груз, солдаты неделю осматривали свою технику. В тяжелых условиях горных дорог износ происходил быстро, поэтому отдыхом назвать ожидание очередной поездки было сложно – ремонт и обслуживание занимал не один день.
Но эти паузы давали возможность не только слегка выдохнуть, но и повидаться с земляками. Таких встреч за всю службу у Владимира Кузьмени могло быть две.
– В один из рейсов, тогда перевозил запчасти для танков, в Кабуле почти встретился с Виктором Дылюком из Стаек – он призывался на год раньше, – вспоминает Владимир Николаевич. – После разгрузки спросил у местных: «Есть белорусы?». Ответили, что Витя на самом рассвете ушел в горы. Вторая встреча почти произошла в Джелалабаде. В местной столовой задал обычный вопрос: «Кто из Беларуси?». Оказалось, что Юрий Кузьмин из Ивацевич, с которым учились в СПТУ, буквально перед нашим прибытием отправился на боевую операцию. С ними я встретился уже спустя несколько лет дома – оба вернулись живыми.
К постоянной угрозе – пуле или мине – добавлялись и тяжелые климатические условия. Очень сухой воздух вызывал обезвоживание. Перепады температур, жара, болезни косили солдат. В военном билете Владимира Николаевича есть отметки о прививках от всего, что знали советские врачи, вплоть до холеры – их делали всем, кого отправляли за границу. Но случаи тифа, малярии становились порой фатальными. Конечно, солдаты гибли, получали ранения чаще во время боестолкновений. Нападения на колонны были частым делом. За пять успешных рейсов бойцов награждали медалью «За боевые заслуги».
На счету Владимира Николаевича четыре таких поездки. В пятый «зачетный» рейс он не попал из-за тяжелой болезни. Местные врачи не могли определить заболевание. Лишь в военном госпитале в Термезе ему поставили диагноз и прооперировали.
– Я спросил тогда: «Сколько проживу?». Хирург ответил коротко: «Сколько повезет». Прошел 41 год с того момента, а мне все везет, – с улыбкой делится мой собеседник.
В феврале 1985 года наш земляк вернулся домой, здесь началась спокойная мирная жизнь. Уже дома узнал про свою «удачу». Пришло письмо от сослуживца из Московской области. Он рассказал, что в очередном рейсе произошло нападение на колонну, в которой ездил Владимир Кузьменя.
Погиб солдат, который пришел ему на замену, – как раз первая атака пришлась на его МАЗ. В этом же бою погиб командир роты капитан Стасюк. Из экипажей двух подбитых машин выжил только стрелок зенитной установки. Волею случая или судьбы тяжелая болезнь тогда спасла парня от смерти.
– Письмо первой прочитала мама, – вспоминает Владимир Николаевич. – Я тогда был на работе, когда пришел, она встретила меня со слезами.
На «гражданке» воин-интернационалист работал водителем: сначала в Ивацевичском лесхозе, затем – в ДРСУ, Ремжилстрое и ЖКХ. Сейчас Владимир Кузьмин работает оператором на фильтрах Ивацевичского ЖКХ.
Многое из своего рассказа он просил не писать, просто поделился воспоминаниями. За время беседы Владимир Николаевич несколько раз говорил: «Бывало, стреляли, машины подрывались, мы выпрыгивали и прятались за колеса, отстреливались, но не хочу про это рассказывать, пусть оно останется там». Действительно, часто можно услышать – Афганистан тяжело вспоминать, забыть невозможно…
Сергей МОЧАЛОВ, фото автора.
